Главная » Новости » Чем изоляция и ее окончание опасны для «сердечников»

Чем изоляция и ее окончание опасны для «сердечников»

Проект Здоровье Mail.ru расспросил заведующего кафедрой терапии и эндокринологии факультета усовершенствования врачей Волгоградского государственного медицинского университета, д.м.н., профессора Сергея Недогоду о том, как пандемия COVID-19 сказывается на людях, страдающих от проблем с сердцем.

— Сергей Владимирович, как пандемия COVID-19 и карантинные мероприятия повлияли на лечение пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями в России и мире?

— Изоляция сама по себе никак не повлияла. Есть стандарты лечения, которые констатируют простую вещь: начатая базовая терапия должна быть продолжена. Люди должны принимать те же лекарства, что и до эпидемии, которые им назначил врач. Говорить о том, что какая-то кардиологическая патология предопределяет фатальный сценарий в случае заражения человека коронавирусом, совершенно неправильно.

Но COVID-19 обострил проблему мультиморбидности (мультиморбидность/коморбидность — наличие у одного пациента двух или более заболеваний, синдромов, связанных между собой единым патогенетическим механизмом или совпадающих по времени. — ред.) — когда у одного больного есть основное заболевание и несколько сопутствующих патологий.

Существует три классические модели мультиморбидности — ожирение, сахарный диабет и пожилой возраст, когда пересекаются самые разные патологии — от сердечно-сосудистых до заболеваний бронхолегочной и костно-мышечной систем. Считается, что на этом фоне у пациента всегда есть так называемое низкоинтенсивное неинфекционное воспаление. Если он заражается вирусной инфекцией, все обостряется, и, естественно, больной имеет изначально очень плохой фон в силу того, что у него несколько патологий, которые, как правило, усугубляют одна другую. Этим объясняется то, почему смертность от COVID-19 среди пациентов с сахарным диабетом примерно в 3 раза выше, чем среди здоровых, а среди пациентов с ожирением — в 2 раза выше. Логично, что и пожилые люди — самая уязвимая группа.

— Какие дополнительные риски возникли у людей, страдающих сердечно-сосудистыми заболеваниями, в связи с самоизоляцией? Как нивелировать негативное влияние карантина на сердце, давление, кровеносную систему?

— Конечно, риски возникли из-за ограничений подвижности, например, возросла склонность к тромбозам. Свои нормы — 30–40 минут в день физической нагрузки умеренной интенсивности — людям очень сложно выполнить, если они не на даче или в загородном доме, а в городской квартире. Поэтому надо попытаться максимально загрузить себя бытовыми делами, даже банальная глажка белья — это определенные энергозатраты, утюг поможет сжечь 15–20 килокалорий в час.

Надо двигаться любыми способами, а не лежать перед телевизором.

Сердцу и сосудам нужно движение, но без фанатизма. Режим двигательной активности надо увеличить в меру своих возможностей. Пойдут на пользу даже ходьба вокруг стола и приседания, если позволяют суставы. Статические нагрузки (упражнения с гантелями, поднятие тяжестей, планка) больным с сердечно-сосудистой патологией не нужны. От прыжков тоже лучше отказаться, особенно пожилым: прыгать на жестком полу вредно для суставов.

Нужен кардиореспираторный комплекс упражнений, то, что называется циклическими нагрузками. В обычных условиях это ходьба (в том числе скандинавская), бег, плавание. Но дома остаются только ходьба и легкие разминочные упражнения. Можно танцевать или заниматься аэробикой. Если человек практикует йогу или пилатес — это безусловно полезно и для суставов, и для дыхания, но к этому тоже надо добавить кардионагрузку. Темп занятий для людей с болезнями сердца и сосудов подбирается индивидуально, в идеале — после консультации с врачом-кардиологом или терапевтом.

— Многие советы по предупреждению и лечению ССЗ традиционно сводятся к необходимости изменить образ жизни — и это, очевидно, лучшее, что человек может сделать. Но есть ли что-то, о чем говорят реже, но что также может помочь? Есть ли у вас как у врача какой-то универсальный совет, облегчающий людям смену образа жизни?

— Изменить свой образ жизни очень сложно, я скептично отношусь к тому, что человек может сделать это быстро. У нас приверженность больных даже к таблеткам не очень высокая, не говоря уже о здоровых привычках… По данным Европейского общества по психологии, чтобы выработать привычку, определенное действие нужно повторять непрерывно на протяжении 66 дней — два месяца!

Я не сторонник запугиваний. В зависимости от того, кого ты видишь напротив себя в качестве пациента, надо честно объяснить все те риски, которые несет заболевание.

Всегда говорю пациентам, что ожирение — это не косметологический дефект, а огромный фактор риска развития онкологического или сердечно-сосудистого заболевания, сахарного диабета.

Поэтому если вы не снизите ваш вес сначала на 5, потом на 10, а затем на 15 килограммов, то все это может реализоваться.

Сейчас все оказались в условиях изоляции, и почему бы не попробовать выработать полезные привычки? Главная задача — не впасть в стресс и понять, что карантин — это неизбежность, но не катастрофа. Можно заняться каким-то любимым делом, сделать то, что вы не успевали сделать раньше, в достаточно высоком ритме нашей жизни, поговорить с близкими, на что вам вечно не хватало времени, банально разобрать квартиру, рутина отвлечет от грустных мыслей. И помните главное: все заканчивается. Надо просто перетерпеть.

— Расскажите о том, как организована бесплатная лекарственная терапия для пациентов, перенесших острое сердечно-сосудистое событие — инфаркт миокарда или инсульт. Насколько она эффективна?

— Она, безусловно, эффективна, считаю очень большим достижением то, что с 2020 года больные практически во всех регионах России получают бесплатно в течение года ключевые лекарственные препараты, в том числе достаточно дорогостоящие, которые назначаются для двойной дезагрегантной терапии после перенесенного острого коронарного синдрома для вторичной профилактики ишемической болезни сердца. Эти препараты позволяют снижать уровень холестерина в крови до безопасного у тех, кто перенес острый инфаркт миокарда, а затем контролировать его.

Почему в течение года? Считается, что первые 6–12 месяцев после перенесенного инфаркта, как и после инсульта, — самый опасный период, высок риск повторной сердечной катастрофы. У нас и раньше были группы сердечно-сосудистых пациентов, имеющие право на льготное лекарственное обеспечение в соответствии с федеральным законом. Но теперь, в рамках национального проекта борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями и снижения смертности от них, отдельно выделена группа пациентов, перенесших острый инсульт, острый коронарный синдром, и их обеспечивают необходимыми лекарствами. Это очень важно для вторичной профилактики болезней сердца и сосудов.

— Недавно очередное исследование показало, что сердечно-сосудистые заболевания остаются главной причиной смерти среди россиян. Можем ли мы в перспективе пяти, десяти, двадцати лет как-то изменить эту ситуацию? Что могло бы обеспечить прорыв в их профилактике и лечении?

— В профилактике сердечно-сосудистых заболеваний, а также повторных инфарктов и инсультов, есть два направления — тактическое и стратегическое. Тактика — это то, о чем мы с вами говорили: на год дали таблетки, пациент их принимает, и риск в течение года снижается. Стратегия — это диспансеризация, то есть выявление людей с факторами риска и ведение этих больных, но результаты такой работы видны не сразу.

Диспансеризация сработает через какое-то время, как и наш карантин. Не в момент его введения, а должно пройти три цикла, о чем нам говорят эпидемиологи.

Диспансеризацию начали пять лет назад, значит, эффект от нее мы начнем ощущать уже в ближайшие год-два.

В лечении инсультов и дальнейшем восстановлении пациентов уже произошел настоящий прорыв. Еще 7-8 лет назад диагноз «инсульт» был фактически фатальным.

Сейчас же смертность от инсульта существенно снизилась. У нас появились технологии реабилитации таких пациентов, выстроена четкая система помощи и восстановления после инсульта.

Для снижения смертности от сердечно-сосудистых патологий одинаково важны две вещи — здоровый образ жизни с регулярной физической активностью и правильной диетой и современная лекарственная терапия гиполипидемическими препаратами.

В настоящее время готовятся новые клинические рекомендации, на основе которых будут пересматриваться стандарты терапии и так называемые клинико-статистические группы. Думаю, что вопрос решится в течение ближайших полутора лет, и все дорогостоящие препараты станут более доступными для пациентов, это будет самая современная помощь, которая сегодня есть.

Другой вопрос — как больные будут выполнять наши рекомендации и будут ли регулярно принимать препараты? Здесь надо вести информационно-разъяснительную работу с пациентами.

Хороший врач должен примирить больного с болезнью, чтобы человек осознал всю серьезность ситуации и адекватно оценивал все риски. И обязательно объяснить возможности лечения.

— Как, на ваш взгляд, пандемия и выход из нее скажутся на медицинской отрасли в целом и на кардиологии в частности?

— Врачи понимают, что после карантинного периода у многих обострятся хронические заболевания, причем не только сердечно-сосудистые. Дело даже не столько в ограничениях двигательной активности, сколько в эмоциональном компоненте. Человека всегда пугает неопределенность. Людей ограничили, и многие пришли в совершенно ненормальное, нетипичное для себя состояние сильного стресса. А после стресса, когда весь организм мобилизуется, обязательно наступает дистресс, когда системы срабатывают по обратному сценарию.

С точки зрения организации здравоохранения, думаю, что произошел огромнейший скачок в развитии телемедицины и дистанционного консультирования, это очевидно. Эти направления будут развиваться и дальше.

Эпидемию COVID-19 я бы рассматривал как некую репетицию, которая должна дать нам понимание нашей ресурсной базы, того, что мы сможем сделать в случае более серьезной инфекционной эпидемии. В стране должны появиться современные, оборудованные по самому последнему слову техники, инфекционные стационары, по типу Московской городской больницы № 40 в Коммунарке, полностью готовые к любой, даже более серьезной, чем сегодняшняя, ситуации. Наверное, каждому региону нужна хотя бы одна такая больница. В последние годы инфекционные стационары и отделения сокращали под предлогом того, что они не заполняются, а деньги «съедают», но жизнь показала, что такой оптимизации не должно быть. Эпидемия обнажила слабость этого звена нашего здравоохранения. Инфекционные больницы, безусловно, нужны, они просто могут быть законсервированы до того момента, когда понадобятся.

Если же говорить стратегически, то смертность нашего населения определяется двумя факторами: онкологические и сердечно-сосудистые заболевания. Только от инсультов умирает порядка 500 тысяч человек в год. Поэтому, если мы хотим увеличить продолжительность жизни, то системе здравоохранения надо работать именно в этих направлениях в плане ранней диагностики, доступности эффективного лечения, прежде всего современной лекарственной терапии, и системной профилактики.

Adblock
detector
16 queries in 0,181 seconds.