Что происходит со здравоохранением в регионах

Как пандемия изменила работу больниц и «скорых».

В третью волну коронавируса в социальных сетях снова начали появляться сообщения о том, что скорые едут к пациентам несколько часов. «Правмир» попросил корреспондентов из пяти регионов рассказать, как работают «неотложки». Оказалось, что дело не только в том, что количество вызовов увеличилось — в пандемию обострились проблемы, которым уже несколько лет.

Новосибирск: скорая ехала к ребенку 8 часов

Ночью 11 июля Юлия Ткаченко написала на своей странице в соцсетях:

«Прошло уже 6 часов, как вызвали скорую годовалому ребенку с температурой 40,1. В час ночи до скорой не смогла дозвониться, робот говорил ожидать, но никто не отвечал 3 минуты. Позвонила в 112. Пообещали, что приедет первая освободившаяся бригада. Этот разговор был в 01:03. На часах 01:52. Скорой так и нет. Температура вновь поднялась до 40, только уже с белой лихорадкой…».

Скорая приехала к ребенку еще через два часа — когда прошло восемь часов с первого звонка.

На следующий день температура поднялась у самой Юлии — 37,1, заболело горло. Ее муж пошел делать прививку от ковида и сразу попробовал вызвать врача на дом. Но в регистратуре ему сказали, что вызовов очень много и врач будет идти 3–4 дня. «Пусть приходит сама», — передает Юлия слова регистратора. Юлия на прием сама не пошла. Женщине стало хуже, появился кашель, и 14-го утром «в задыхающемся состоянии» она позвонила в скорую. 

— Они по моему голосу поняли, что состояние острое, — говорит Юлия.

Скорая приехала быстро, минут за 30. «Я только успела заправить постель и одеться, как в дверь позвонили врачи», — рассказывает женщина.

В минздраве Новосибирской области подтверждают, что в первую очередь скорая едет к тем пациентам, которые задыхаются. К ним отправляют инфекционные бригады — специально оборудованные, обслуживают тех, у кого подозрение на пневмонии и ковид. В течение дня работает до 40 таких бригад. Но скорых все равно не хватает, говорят врачи. А те, которые есть, часто полностью не укомплектованы — нет второго медицинского работника.

Сотрудников на скорой не хватает уже несколько лет, говорит председатель профсоюзной организации «Действие» на станции скорой медицинской помощи Новосибирска Сергей Комелев.

— Мы давно работаем в условиях некомплекта, годами. Инфекция лишь усугубила ситуацию и обнажила проблему, — рассказывает «Правмиру» Сергей Комлев. — Да и за период эпидемии, за эти полтора года, мы не наблюдали каких-либо масштабных процессов по привлечению специалистов в скорую помощь ни со стороны регионального минздрава, ни со стороны руководства станции.

Сотрудники скорой помощи согласились поговорить с «Правмиром» только на условиях анонимности — они опасаются санкций на работе.

Медики отмечают, что нагрузка на врачей увеличилась. А пациенты, к которым приезжает скорая, часто винят в долгом отсутствии помощи именно врачей:

— Бригад, работающих с ковидом и просто на линии, катастрофически не хватает, — рассказывает фельдшер скорой помощи. — Мы, фельдшеры скорой, работаем с максимальной отдачей для людей. Когда приходим на вызов, в нашем лице несчастные и доведенные до отчаяния люди видят или чиновника, или главного врача, или врача из поликлиники.

— Вызовов много, народу работает мало, — говорит молодой врач скорой помощи. — Нагрузка выше. Не знаю, как другие, но про себя скажу так: я для этого учился, и я просто делаю свою работу, пока могу. В тех условиях, которые есть сейчас. И если завтра что-то изменится в ту или другую сторону, я буду работать исходя из актуальных условий.

По данным Росстата, среднее время ожидания скорой в 2020 году составило 40 минут — в два раза больше, чем в 2019-м.

…Задыхающуюся Юлию врачи повезли в ковидный госпиталь — из одного конца города в другой. На дорогу до больницы ушел час, потом скорая ждала, когда Юлию оформят, и только после этого вернулась обратно на линию.

— Бригада, которая могла оказывать помощь другим больным, потратила час, чтобы доставить меня в больницу, ждала, пока оформят, возвращалась обратно на линию. В общей сложности они потратили примерно три часа. Вот такое катание долгое, — говорит Юлия. — Плюс врач скорой сказала, что меня в Академгородке посмотрят, сделают рентген, если подтвердится пневмония, повезут в областную больницу в Кировский район. Нужно где-то рядом сделать рентген человеку, чтобы понять, стоит ли везти человека в такую даль. Понятно, что врачи скорой помощи выполняют, что предписано маршрутизацией. Врачи замотанные, уставшие.

Иркутск: скорая увезла больную через 22 дня после звонка

Скорой помощи в Иркутской области некуда госпитализировать пациентов с симптомами коронавируса. Даже тех, у кого низкая сатурация.

Диспетчер больницы скорой медпомощи Иркутска Валентина Монхороева в первую и вторую волну коронавируса работала фельдшером в бригаде скорой помощи. Сегодня она признается: госпитали переполнены, поэтому даже тяжелых задыхающихся больных бригады скорой помощи вынуждены оставлять дома.

— Конкретный случай: у человека сатурация 80%, он задыхается, а бригада скорой помощи вынуждена бросать его дома. Им просто некуда его везти — знают, что коронавирусные госпитали переполнены! Их просто отправят обратно, — рассказывает «Правмиру» Валентина Монхороева. — Честное слово, работала бы по-прежнему в бригаде, повезла бы их [пациентов] прямо к зданию администрации. Потому что это огромный риск — по всем симптомам это тяжелые или среднетяжелые, их срочно под кислород нужно.

По ее словам, в первую неделю в очереди стояли по 200 машин скорой — пациентов не знали, куда везти, перенаправляли с одного медучреждения в другое или просто отказывались госпитализировать из машины скорой помощи.

При этом нехватка самих бригад, по словам медработников, тоже очевидна. Две недели назад, по словам Монхороевой, после звонка пациента скорая помощь приезжала спустя 5–7 дней. Сейчас среднее время ожидания — 1–2 суток.

Причина, по мнению медика, в том, что накануне пандемии у работников скорой сняли надбавки за ночные смены, надбавку для водителей.

— В итоге и нагрузка выросла, и зарплата снизилась. Народ стал массово увольняться.

Я сама уж насколько люблю именно работу в бригаде — решилась на перевод в диспетчерскую, потому что просто не выдерживала нагрузку.

Мария Карташова из Иркутска вызывала своей бабушке скорую три раза. У женщины хронические заболевания сердца, низкая сатурация — 60%. Но первые два раза скорая отказывала в госпитализации. Бабушку увезли в больницу, когда Мария вызвала врачей в третий раз — на 22-й день после первого звонка.

— Каждый раз мы ждали приезда скорой по двое суток, — рассказывает Мария. — Последний раз, когда я уже рыдала в трубку, приехали через полдня. Мы до сих пор не уверены, что бабушка выживет, 60% — это же за гранью уже. Она под капельницами. Зачем было так тянуть? Ведь ковид ей подтвердили еще 24 июня, а увезли только 15 июля! И то после того, как я проштудировала все рекомендации Минздрава и надавила на бригаду, цитируя методички, — говорит Мария Карташова. 

По словам реаниматолога клинической больницы «РЖД-Медицина» Дмитрия Малых, резко выросшая нагрузка на ковид-госпитали сказалась и на остальных больницах: туда везут в 3-4 раза больше пациентов, чем обычно, и персонал не справляется — штат был укомплектован лишь наполовину еще до третьей волны коронавируса.

— Сейчас такая вспышка, массовая заболеваемость суточная высокая. Многие мои коллеги, кто работает в красной зоне, отмечают, что тяжелее протекает третья волна — больше молодых, чаще осложнения, чаще умирают. Все больницы перегружены просто до предела. В тяжелом и среднетяжелом состоянии пациентов госпитализировать некуда — в течение последней недели все больницы, которые возможно, переоборудовали в коронавирусные госпитали, — говорит Малых.

После того, как фельдшер Монхороева записала видеообращение к губернатору области Игорю Кобзеву, в котором потребовала решить проблему с нехваткой сотрудников БСМП и коечным фондом в ковид-госпиталях, ей позвонили из минздрава Иркутской области.

— Сказали, что я «разжигаю». А как решать эту проблему и будут ли — ни слова. Я уже устала сотрясать воздух, потому что тех, кто решается сказать правду, затыкают и обвиняют в хайпе на страшной теме. А проблемы в минздраве как были, так и остаются, — возмущается Монхороева.

23 июня министр здравоохранения Приангарья Яков Сандаков на пресс-конференции пытался обсудить нехватку персонала скорой медпомощи в регионе, но тему сузил до дефицита водителей БСМП.

— Дефицит водителей существует еще с прошлого года, из-за этого скорая помощь не может выпустить на линию дополнительно 10 дневных бригад. Проблема была озвучена на всех уровнях власти, но никто не помог. На сегодня скорой помощи необходимо 12 водителей. При этом дефицита машин нет.

Сандаков также заявил, что ежесуточно в скорую поступает до 900 обращений, но обработать за день их невозможно.

— Добавили четыре места операторов в диспетчерской службе скорой помощи в Иркутске, количество ковидных бригад увеличилось с 8 до 12 (в зависимости от времени суток). Восстановлены работы амбулаторных ковидных центров. Выделено 28 дополнительных автомобилей для них, для перевозки больных на исследования.

Монхороева по итогам этой конференции отметила, что объявленная нехватка водителей скорых — лишь часть проблемы:

— Наймут они этих 10 водителей, везти они кого будут — остальной штат тоже недоукомплектован. Настолько, что даже по одному фельдшеру на эти 10 машин не найдется, а ездить они должны на вызов, минимум, вдвоем, — объяснила медработник.

Владимир: скорая привезла ковид-больного к зданию обладминистрации

16 июня на парковку областной администрации во Владимире скорая привезла пациента с ковидом в тяжелом состоянии. В своем инстаграм-аккаунте фельдшер скорой помощи Анна Митюкова рассказала, что больного доставили сюда, потому что в больницах закончились места. В итоге место для пациента нашлось в Муроме — почти в двух часах езды от Владимира.

Ирина Новикова за прошлый месяц дважды вызывала «неотложку»: в первый раз восьмилетнему сыну с высокой температурой, второй раз 64-летней маме с уже подтвержденным ковидом. К мальчику скорая ехала час, к маме — полтора.

— Приехали в защитных костюмах, послушали ее (маму Ирины. — Примеч. ред.), быстро сориентировались, что пневмония, повезли на КТ, результат — 38%, молча кивнули там друг другу и повезли ее в Судогду.

Судогда находится в 40 километрах от Владимира. Во владимирских больницах не было мест.

Нехватка мест в больницах — не единственная проблема. Как и в других городах, скорые долго едут к своим пациентам.

Но во Владимире долгое ожидание скорой не противоречит нормативам: в июне было принято постановление, которое разрешило ехать «неотложке» к пациенту до 1,5 часов — при условии, что больной находится в 60–90 километрах от станции. В плохую погоду это время может быть увеличено.

«Губернатор Владимир Сипягин подписал данное постановление в целях исполнения предостережения территориального органа Росздравнадзора по Владимирской области. <…> Данная норма должна быть отражена в территориальной программе государственных гарантий бесплатного оказания медицинской помощи населению Владимирской области», — позже заявили областные власти.

— Конечно, на жизнеугрожающие состояния диспетчер отправляет в первую очередь. Но некоторым пациентам действительно приходится ждать и 7, и 8, и 12 часов. Такие задержки, в основном, на вызовы с температурой, к хроническим больным с давлением, — рассказывает «Правмиру» фельдшер станции скорой медицинской помощи Василиса Коновалова.

Как раз по поводу высокого давления 54-летнему мужу скорую вызывала жительница города Кольчугино Владимирской области Анастасия Савинова. Медиков они прождали почти шесть часов:

— Начали звонить в 10 утра, рассказали, что и как. Нам говорят: «Таблетки пили?» — «Пили, не помогает». Диспетчер отвечает, что нет машин свободных. Ставит в очередь. Время три часа дня, звонит нам скорая помощь и спрашивает, как дела. Все хуже и хуже. У человека давление 175, немеет рука и все болит. В итоге скорая приехала только к четырем. И то, кажется, только благодаря личным качествам диспетчера. Хорошая оказалась женщина.

На 300-тысячный Владимир, по словам фельдшеров, работают всего 14–15 бригад. А надо, как минимум, в два раза больше.

А в районном центре Петушки работают всего 12 фельдшеров. В апреле этого года вместо положенных восьми бригад скорой помощи там работали две — на 65 тысяч человек.

О дефиците медицинских кадров в регионе начали говорить еще до пандемии. Два года назад тогдашний директор облздрава Алексей Мозалев заявил, что фельдшеры стали одной из самых востребованных медицинских профессий во Владимирской области. Тогда не хватало 45 врачей скорой помощи. Сейчас, по словам работников бригад, мало что изменилось.

— Работать часто приходится в невыносимых условиях, в жару в СИЗах, надбавки выбиваем, на время отпуска заменить некем, никто на наше место прийти из молодых специалистов не торопится, — рассказывает «Правмиру» фельдшер из Суздаля, пожелавший остаться анонимным.

Проблему скорых усугубляют сами пациенты, считают врачи. Часто «неотложку» вызывают просто потому, что поднялась температура или появился кашель:

— Как будут скорые быстро приезжать, если нет машин и бригад? А некоторые люди так любят вызвать «03», чтобы измерить давление или сахар, — возмущается врач из Кольчугина Ирина Сергеева. — И вот, вместо того, чтобы ехать на вызов к человеку, которому действительно нужна помощь, фельдшер сначала измеряет какой-нибудь бабульке сахар, а потом заполняет бумаги.

Кострома: станции скорой помощи не хватает 70 работников

В ночь с 9 на 10 июля у 70-летней костромички Анны Николаевны (имя героини изменено по ее просьбе) поднялось давление. Утром они с дочерью вызвали «неотложку».

— Ранее у меня был микроинсульт, поэтому такое состояние для меня опасно, — рассказывает Анна Николаевна. — Волновалась, звонила в диспетчерскую каждый час, чтобы узнать, где машина. Мне говорили: «Ждите, работает всего 10 бригад, все они заняты». На последнем звонке я не выдержала и сказала: «Девочки, милые, я сама медиком 41 год отработала и знаю, что все сейчас свелось к писанине и бумажкам, врачам трудно работать. Я не в претензии, но постарайтесь что-нибудь сделать».

Машина приехала около семи часов вечера.

Семья Алексея Голованенко столкнулась с аналогичной проблемой. Вечером 5 июня отцу Алексея стало плохо с сердцем. Дождаться помощи от скорой помогло то, что мать Голованенко сама работала медиком.

— Моему отцу 55 лет, он сам военный врач на пенсии с инвалидностью, у него проблемы с сердцем. Вечером отцу стало плохо, мать — сама медик, тоже работала на скорой — вызвала машину в 17:00 и дала ему препараты, чтобы снять приступ. В 18:30 перезвонила в диспетчерскую и спросила, где машина. Ответ был такой: ждите, вы не одни, к вам приедут. В районе 20:00 приехала бригада. Со словами «так у вас все нормально» они хотели развернуться и уйти. Мать остановила и высказала все, что думает по этому поводу, какие уколы нужно было сделать, снять ЭКГ. Одним словом, хорошо, что все обошлось. Если бы не образование матери, папа точно бы не выжил.

Руководство региона объясняет долгое ожидание тем, что количество вызовов на скорую увеличилось в два раза.

«Если в доковидное время 18 бригад за сутки обслуживали 130–140 вызовов (в среднем 8 вызовов на 1 бригаду), то 13 июля было зафиксировано 304 вызова (17 вызовов на бригаду)», — рассказала ГТРК «Кострома» замгубернатора Ольга Еремина.

По словам диспетчеров, в июне и июле 2021 года на Костромской областной станции скорой медицинской помощи и медицины катастроф формировалось по 10 бригад в сутки. Согласно нормативам минздрава, такое количество команд должно приходиться на 100 тысяч человек населения. В Костроме живет 300 тысяч человек — дефицит скорых на областной центр и его пригород составляет как минимум 20 единиц.

Водитель скорой помощи Евгений Зубцов снял и опубликовал в социальных сетях видео, где рассказал о проблемах станции. Он показал пустые машины — в Костроме не хватает сотрудников скорой помощи. По словам Зубцова, проблема в начальнике станции, из-за жесткости которого увольняются работники.

— Я езжу на вызовы и вижу, что происходит: люди ждут оказания быстрой и квалифицированной медицинской помощи, а на деле ждут ее часами. Мы докатились до того, что в диспетчерской висит телефон платной скорой помощи. Куда уж дальше-то? — говорит «Правмиру» Евгений Зубцов. — Я понимал, что врачи и фельдшеры запуганы и не будут говорить правду. Увольнения я не боюсь — свою работу выполняю грамотно.

Областная станция нуждается в 70 работниках, согласно данным интерактивного портала службы занятости населения Костромской области. Учреждению необходимы 16 врачей, 17 фельдшеров, 15 медсестер, 6 педиатров. Врачу скорой предлагают зарплату 20–40 тысяч рублей в месяц, медицинской сестре — 23–35, фельдшеру — 26–40 тысяч рублей.

К сожалению, действующие фельдшеры и врачи скорой отказались разговаривать с «Правмиром» из-за боязни санкций со стороны руководства и возможных проблем с получением нового места работы.

Диспетчер Костромской областной станции скорой медицинской помощи и медицины катастроф Софья также считает, что причина увольнения сотрудников — жесткая позиция начальства. Женщина боится давления со стороны руководства станции, поэтому попросила изменить ее имя.

— Мои знакомые врачи жаловались на сокращение доплат по разным фронтам, увеличение количества штрафов. Но я лучше расскажу о диспетчерах. У нас Бог знает зачем отобрали мобильники для связи с бригадами, видеонаблюдение. Мы теперь не можем посмотреть, уехала бригада на вызов или нет. Видеонаблюдение сняли после того, как Раев (Андрей Раев — главврач станции скорой помощи в Костроме, пришел на эту должность в марте 2020 года. — Примеч. ред.) собирался на срочный вызов вместо нормативных 3 минут 13, это было в декабре 2020 года. Диспетчеры увидели это, высказали ему, и на следующий день доступ к камерам закрыли.

Раньше диспетчеры во время смены могли отдохнуть час ночью и час днем, сейчас им оставили только 20-минутный перерыв на обед и по 5 минут отдыха утром и вечером.

— Кроме этого, у нас забрали чайник. Теперь мы не можем попить горячей воды. Это проблема, особенно зимой, — мы постоянно разговариваем с людьми, можем охрипнуть. Иногда мы просим бригады, которые приехали с вызова, принести нам горячего чаю «контрабандой». А начальство заходит и нюхает кружки — вода там или чай. И грустно, и смешно. Чтобы сходить в туалет, нужно написать специальную бумажку и посчитать, сколько времени ты делала свои дела… — рассказывает Софья.

После того, как видео Евгения Зубкова попало в федеральные СМИ, по поручению министра здравоохранения Михаила Мурашко Росздравнадзор начал проверку костромской станции скорой помощи.

Астрахань: +50С в карете скорой помощи

Астраханка Елена Сызранова позвонила на скорую в 17:00. У ее близкого человека, который был болен коронавирусом, не сбивалась высокая температура. Врачей семья так и не дождалась. В три часа ночи помощь сумели оказать самостоятельно — среди родственников нашелся медик, который приехал ночью и поставил капельницу.

Подобными историями астраханцы делятся под постами губернатора Астраханской области Игоря Бабушкина в инстаграме.

Задержки вызовов скорой в Астрахани — до 9 часов, рассказывает на своей странице в фейсбуке врач скорой помощи Наиль Адельшинов. Бригад не хватало и до третьей волны, а в период отпусков нагрузка увеличилась еще больше.

Адельшинов — самый известный врач скорой Астрахани. В 2018 году его уволили за публичную критику местного минздрава. Но в ноябре 2019-го новый министр здравоохранения вернул врача на работу.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector