Главная » Новости » Погоня за загорелой кожей веками убивала женщин. От солярия их не отучил даже рак

Погоня за загорелой кожей веками убивала женщин. От солярия их не отучил даже рак

Легко ли быть немолодым

Известная поговорка «красота требует жертв» — не просто красивая фраза. В истории косметической индустрии есть много фактов, подтверждающих этот постулат. Один из них напрямую касается белизны кожи.

У большинства народов мира, как белокожих генетически, так и смуглых, светлый оттенок лица и рук столетиями считался признаком красоты, достатка, здоровья и даже аристократизма.

Этому есть два объяснения: одно — совсем простое и очевидное, другое — несколько посложнее. Первое касается физического труда на солнце. Ни крестьянка, весь световой день работающая в поле под палящим летним солнцем, ни пастушка, которая с весны до осени пасет скот или птицу, ни северная оленеводка, кожу которой «дубят» холодный ветер и все то же солнце, отраженное белым снежным покровом, не могут похвастаться белизной кожи.

Загар в их случае — признак тяжелого и постоянного физического труда. Даже если тело укрыто плотной одеждой, кисти рук, стопы и лицо темнеют и грубеют от солнца. Кожа подвергается тому, что современные косметологи называют «фотостарением» и эластозом (нарушение тонуса, утолщение кожи, глубокие «рубленые» морщины и «гусиные лапки» вокруг глаз от привычки щуриться от ярких солнечных лучей).

Практически все азиатские крестьянки и в древности, и до наших дней носили и носят широкополые головные уборы, цель которых не только уберечь владелицу от солнечного удара, но и ее лицо — от загара. Однако полностью спастись от солнца невозможно.

Только женщины из привилегированных слоев общества, которые даже в ближайший храм на молитву отправлялись в закрытых и занавешенных повозках или паланкинах, а дома проводили время в комнатах или тенистых садах, могли сохранить светлый цвет лица.

Другая причина потемнения цвета кожи — тоже физиологическая, но с солнцем напрямую не связанная. Сотрудница Гарвардского университета, нейробиологиня Нэнси Эткофф в своей научно-популярной книге Survival of the Prettiest («Выживание красивейших») отмечает, что потемнение кожи и волос зачастую становятся визуальными признаками женской половой зрелости и фертильности.

Гормональные изменения, которые претерпевает тело женщины во время беременности, приводит к тому, что ее лицо навсегда утрачивает девичью свежесть и белизну.

Повышение содержания гемоглобина в крови делало женщину, по мнению древних, похожей на мужчину (у мужчин белой расы кожа более темная именно поэтому). А в старину именно юность как обязательное условие красоты была главным товаром на брачном рынке. Поэтому замужние дамы с древнейших времен прибегали к самым разным уловкам, чтобы имитировать светлый тон лица.

Свинцовая бледность

Белила — одно из первых квазикосметических средств, известных в истории индустрии красоты. Они были распространены уже в Древнем Египте, в античной Греции и Древнем Риме. Об этом узнали археологи, исследовавшие захоронения состоятельных девушек и женщин. Они же пришли к шокирующему выводу: часто, желая омолодиться, древние египтянки, гречанки и римлянки буквально убивали себя. Некоторые составы, которые они использовали, чтобы отбелить кожу, а также «снадобья», употребляемые внутрь для достижения необходимой бледности, иногда были просто ядовиты.

Самыми популярными у античных гречанок и римлянок были белила на основе белой свинцовой руды (или карбоната свинца). Впервые о таком применении руды написал древнегреческий естествоиспытатель и философ Теофраст (IV-III века до нашей эры) в своем трактате «О камнях». В XIX веке австрийский минералог Вильгельм фон Гайдингер дал этой породе название церуссит, сложив древнегреческое слово κηρός («воск») и латинское cerussa («белила»).

Косметика из церуссита использовалась и в Средние века, когда белизна лица девушки должна была наводить на мысли о ее невинности и даже молитвенной аскезе. Свинец, содержавшийся в белилах, ускорял путь злоупотреблявших ими красавиц в рай: сначала они теряли зубы и волосы, а потом зачастую и жизнь.

Несколько более щадящими были практики восточных женщин. У японок, например, белизна лица считалась эталоном — по крайней мере, среди аристократок и сословия гейш. Они не только покрывали свои лица белилами на основе рисовой муки с примесью жемчужной пыли, но и чернили зубы, чтобы по контрасту с ними кожа казалась еще белее. Портреты белолицых красавиц делал, в частности, знаменитый гравер эпохи Эдо Китагава Утамаро.

Биографы китайской императрицы У Цзэтянь (VII век), единственной в истории Китая женщины, носившей титул правящего монарха — «хуанди», отмечают, что она не только использовала белила с жемчужным порошком, но и принимала его внутрь для омоложения. Очевидно, это помогало: императрица сохраняла трон и активно занималась государственными делами сорок лет.

«Рецепт императрицы» использовали многие восточные женщины из тех, кто мог себе это позволить. И не только восточные: белить лицо любила, например, английская «королева-девственница» Елизавета I. Китайскими привозными белилами (которые на Руси были страшно дорогими), пользовались и русские царевны, боярыни, боярышни и богатые купчихи.

Использование свинцовых белил в Европе прекратилось окончательно, когда в Новое время ученые со всей определенностью установили факт вредоносности свинца, использовавшегося в косметических средствах.

Но мода на бледное, нежно-фарфоровое лицо оставалась неизменной как у светловолосых британок и француженок, так и у черноволосых японок и китаянок. Вместо карбоната свинца в ход шли та же рисовая пудра и другие относительно безвредные средства.

Персонажи романов Джейн Остин и Эмиля Золя — дворянки и богатые буржуа — постоянно прячут свою кожу от солнца под тюлевыми зонтиками-«парасолями» или широкополыми шляпами. В конце XIX века появляется много «патентованных» кремов для отбеливания кожи и избавления от веснушек, которые тоже считались признаком простонародного происхождения и бедности.

Однако притирания были не самым опасным средством достижения «интересной бледности».

Так, в середине XIX века женщины шли даже на то, чтобы пить раствор мышьяка (так называемый «Фаулеров раствор»), чтобы выглядеть бледными, нежными и романтичными.

По одной из версий, злоупотребление «Фаулеровым раствором» стало причиной смерти Элизабет Сиддал, художницы и поэтессы, музы и жены художника Данте Габриэля Россетти. Впрочем, по другим данным, рыжеволосая красавица тяжело болела и случайно перебрала с вполне разрешенными на тот момент, а ныне запрещенными успокоительными средствами.

Шанель и не только

Конец моде на «аристократическую бледность» положил не труд, а отдых. У привилегированных европейцев в середине XIX века вошел в моду спорт и активный отдых: туризм, в том числе пеший, яхтинг и плавание. Если в 1870—1880-е годы женщины еще были вынуждены заниматься всеми этими приятными вещами «в полной амуниции», включая несколько слоев юбок, корсет и чулки (даже плавать было принято почти одетыми), то к рубежу XIX—XX вв.еков все стало меняться.

Сначала появились специальные женские костюмы для занятий спортом, куда более свободные, чем традиционные платья с корсетами. Затем, уже после Первой мировой войны, женщины с помощью прогрессивных модельеров и вовсе избавились от непрактичных длинных платьев и широкополых шляп.

На пляже стало совершенно нормальным появляться в легких брюках, открытой обуви и без шляпки, а купаться — в купальнике, полностью открывающем руки, ноги, плечи и зону декольте. Сложные прически, требовавшие очень длинных волос (и нудного ухода за ними), сменились короткими, удобными для спортсменок стрижками.

Медики и ученые XIX-начала XX веков сделали настоящий прорыв в области санитарии, гигиены и физиотерапии. О том, что «благодатный» климат средиземноморского побережья полезен больным чахоткой (туберкулезом), врачи знали уже в начале XIX столетия. Поляк Анджей Снядецкий еще в 1822 году установил, что недостаточность инсоляции (солнечного света) может привести к развитию рахита у детей. В 1919 году Курт Гульдчинский установил, что облучение ультрафиолетом ртутной лампы улучшает состояние маленьких пациентов с этой болезнью.

Позже было выяснено, что достаточная инсоляция способствует выработке в организме витамина D. Естественный солнечный свет, разумеется, был куда приятней, чем UF-лампы и рыбий жир, которым поили детей для профилактики рахита. С благословения медиков дети и взрослые из обеспеченных слоев населения стали все больше времени проводить на солнце, принимать солнечные ванны, купаться и загорать.

На этом можно было ставить точку в навязчивом, длившемся не одно столетие стремлении состоятельных женщин любой ценой уберечься от загара. Модным стало, и прежде всего в аристократической и крупнобуржуазной среде, среди очень богатых людей, открывать лицо и тело солнцу: на пляже, теннисном корте, альпийской тропе, под парусом, за рулем кабриолета и даже за штурвалом частного самолета, которые тогда были с открытыми кабинами.

Чтобы загар на лице был ровным, модницы использовали специальные рефлекторы: полированные листы жести, которые держали под подбородком для отражения солнечных лучей на те участки лица, куда солнце не попадало обычным путем.

Героинь Остин, Золя и Толстого сменили активные, загорелые и физически развитые пловчихи, наездницы и теннисистки из книг Фицджеральда и Хемингуэя. Молодые женщины, которые не стесняли себя отжившими условностями, выглядели и вели себя, как мальчики, получили прозвище tomboy.

Свой вклад в пропаганду нового образа курортной жизни и вообще переоценку эстетических ценностей внесла легендарная модельерка Коко Шанель. Ей даже приписывают официальное введение моды на загар, хотя, конечно, такая честь не принадлежала и не могла принадлежать одному человеку, даже очень талантливому. Любовь к солнцу, воздуху и воде, роскошь такого отдыха стала закономерным ответом на перенаселенность и загрязненность крупных промышленных городов.

Однако Шанель, которая очень любила отдыхать у моря — и в Бретани, и на Лазурном берегу, и на венецианском острове Лидо — стала выпускать коллекции пляжной одежды и кокетливые шляпки, похожие на матросские шапочки, которые совсем не спасали от загара. Как и было задумано.

Солнечная косметика

Двадцатый век произвел революцию не только в женской моде, но и в косметике. В том числе в косметике, помогающей сначала получить и сохранить ровный загар (или качественно сымитировать его), а потом, напротив, уберечь кожу от избыточного воздействия ультрафиолета.

Косметическая отрасль оценила «солнечный» тренд в начале 1930-х. В 1928 году парфюмер и предприниматель Жан Пату представил рынку первый продукт в этой области: масло для загара Huile de Chaldée. В 1935 году появились масла с защитой от ультрафиолета у L’Oreal. А в 1940-е годы появились популярные защитные кремы Coppertone.

Анна Дычева

По словам эксперта, о том, что природный загар может и вредить коже, косметологи знают уже больше 80 лет. Однако мода есть мода, поэтому они научились его имитировать. Надо сказать, что это тоже не совсем новая идея. У различного рода мошенников и шпионов прошлого, желающих изменить свою внешность, в арсенале были разные средства, имитирующие загар, вроде сока каштана (об этом подробно рассказывается в серии рассказов о Шерлоке Холмсе). Однако новая реальность требовала проверенных составов.

В 1929 году появилось первое, на тот момент экспериментальное, средство для имитации загара, так называемый «автозагар». Честь его изобретения тоже принадлежит мадемуазель Шанель. В том же году в американском Vogue вышла статья Making Up to Tan («Макияж для загара»), где редакция убеждала читательниц, что загар на пике популярности, и рекомендовала подбирать пудру в тон загорелой коже. А вот масла для автозагара Vogue считал безвкусицей, уместной разве что на карнавале. До того как подобные средства попали в серийное производство, должно было пройти время.

Как обычно бывает, моде помогла война. В годы Второй мировой женщины испытывали недостаток во многих привычных товарах. В частности, категорически не хватало чулок: и натуральный шелк, и нейлон шли на нужды армии. А ходить с «голыми ногами» считалось неприличным. Во всех воюющих странах в жаркое время года женщины имитировали чулки с помощью чайной заварки, сока каштана и тому подобных домашних средств.

Подтянулись и производители косметики. В 1941 году Revlon выпустил средство Leg Silk («Шелк для ног»), которым красили низ бедер, икры и ступни. А более состоятельные женщины могли обратиться к профессионалам.

Известная визажистка Лиза Элдридж в своей книге «Краски» рассказывает, что в воюющем Лондоне, в районе Кройдон, работал Bare Legs Beauty Bar, где настоящие мастера своего дела рисовали женщинам чулки прямо на ногах.

Прорывом в производстве автозагаров стало получение вскоре после войны химического соединения дигидроксиацетона (DHA), честь которого принадлежит ученой Еве Витгенштейн, занимавшейся тестированием медицинских препаратов. Это вещество окрашивало кожу, но не пачкало ткань. С тех пор DHA стал основой всех современных автозагаров.

Только польза

Расцветом любви к загару стали 1970−1990-е годы. Это легко заметить по модным фильмам: от «Бондианы» до американских сериалов о красивой жизни вроде «Спасателей Малибу» с Памелой Андерсон. Женщины впервые примерили бикини сразу после Второй мировой, а сексуальная революция конца 1960-х превратила их ношение из «пощечины общественному вкусу» в норму жизни. Фотосессии моделей в микрокупальниках появлялись во всех модных журналах. Популяризировалось движение нудистов, или «натуристов», как они себя называли. Люди хотели загорать, не стесняя себя купальными костюмами, и не только летом и в отпуске, но и круглый год.

В конце 1970-х появились первые искусственные солярии (до этого солярием называлась площадка для принятия солнечных ванн на крыше или террасе). В конце 1990-х открылась кабина для искусственного загара Mystic Tan, а уже через пять лет такие кабины можно было обнаружить в любом захолустье.

Особо активные модницы «дожаривались» в соляриях до неприятного рыжего оттенка, не имевшего ничего общего с естественной красотой. Бодибилдеры тоже злоупотребляли загаром, чтобы подчеркнуть мышечный рельеф.

Однако уже в 2000-е косметологи и онкологи забили тревогу. Была выявлена прямая связь онкологических заболеваний (в частности, рака кожи и молочной железы) с избыточным воздействием ультрафиолета. Оно же вызывает фотостарение кожи, эластоз и морщины. В качестве альтернативы предлагается все тот же автозагар и процедуры на его основе. А для защиты от солнца используют кремы, лосьоны, спреи и масла с SPF-фактором. Такие средства есть и у люксовых марок, включая всю ту же Chanel, а также Clarins, Lancome, Estee Lauder, и у премиальных и масс-маркетных брендов (La Roche-Posay, Darphin, L’Oreal и другие).

Медиа и интернет серьезно влияют на предпочтения потребителей. «Огромное влияние оказывает информация по двум главным темам: инсоляция (какие лучи за что отвечают, как влияют, когда воздействуют, чем блокируются) и фотопротекция (возможности, риски, вред), И конечно, информация о медийных лицах. Многие осознали, что загар до черноты чреват онкологией (знаменитая звездная пара Рыбина и Сенчуковой, поразившая общественность своим диагнозом)», — отмечает международный эксперт бренда Filorga Светлана Ковалева.

Ковалева указывает на то, что солнцезащитные кремы, попадая в воду, могут нанести вред животному миру морей и океанов, поэтому по-настоящему ответственные отдыхающие вместо кремов с SPF-фактором теперь пользуются пляжными зонтиками и специальными футболками с защитой от ультрафиолета. В моду вернулись шляпы с широченными полями, вроде той, в которой отдыхает на балконе своего дома Саманта, героиня «Секса в большом городе». А вместо природного загара снова все чаще используют автозагар. Дженнифер Лопес стала настоящим популяризатором этих средств. Все чаще специалисты указывают на то, что витамин D проще получать с пищей или пищевыми добавками, чем «жариться на солнце», рискуя получить проблемы со здоровьем.

«Золотистый цвет кожи придает стройность телу, а лицу свежесть, — комментирует Фатима Гутнова, врач-косметолог Encore Spa. — Появляется все больше альтернатив вредному загару: средств, с помощью которых происходит выработка меланоидов, похожих на меланин». Специализированные бренды предлагают продукты для любого типа кожи, которые дают возможность контролировать насыщенность оттенка загара и ухаживают за лицом и телом. Специалисты рекомендуют женщинам внимательно относиться к потребностям своего организма.

«Не все имеют идеальный розоватый тон кожи. На тонкой коже поверхностно расположенные сосуды придают ей голубоватый оттенок, и порой кожа смотрится слишком бледной. Как правило, такая кожа не умеет загорать: обгорает, и хорошего загара не получается. В этом случае вариантом могут стать спреи для искусственного загара. Средства безвредные, поскольку прокрашивают только верхний роговой слой кожи. Их безопасность можно сравнить с окрашиванием волос», — Юлия Галлямова, профессор, доктор медицинских наук, дерматолог.

Имитировать загар на лице можно и с помощью правильного макияжа. «Эффект высушенной до зажаренной корочки кожи давно не в моде, а вот быть аккуратно поцелованной солнцем всегда уместно», — комментирует Владимир Калинчев, национальный визажист Max Factor в России.

— Для создания эффекта загара выбирайте бронзер и золотистые, бежево-песочные и персиково-оранжевые румяна. А в качестве основы используйте праймер или тональную основу с SPF.

Все эксперты напоминают, что автозагар, как и любая декоративная косметика, может вызвать индивидуальную непереносимость. Поэтому перед использованием нового для себя средства нужно протестировать его на небольшом участке кожи — например, на сгибе локтя, чтобы избежать аллергической реакции.

Adblock
detector
21 queries in 0,832 seconds.