Главная » Новости » Шотландский пациент. Как Вьетнам выходил пилота, впавшего в кому из-за Covid-19

Шотландский пациент. Как Вьетнам выходил пилота, впавшего в кому из-за Covid-19

42-летний шотландский пилот провел 68 дней на искусственной вентиляции легких — дольше, чем любой пациент в Великобритании. Случилось это не в его родном городе Мотеруэлле, а в огромном беспокойном Хошимине во Вьетнаме, без друзей и близких рядом.

«В любом другом месте на планете я уже был бы мертв. Меня бы просто отключили через 30 дней», — говорит Стивен Камерон с больничной койки.

Камерон — последний ковид-пациент в отделении реанимации во Вьетнаме, самый тяжёлый пациент, с которым пришлось иметь дело местным врачам.

В стране с населением 95 млн человек было всего 355 случаев заболевания, менее десяти пациентов в отделении реанимации и ни одного умершего. Случай Камерона был настолько необычным, что течение его болезни освещали в местных газетах и в телевизионных выпусках новостей.

Теперь во Вьетнаме его называют Пациент 91 — такое прозвище он получил от чиновников в марте, когда заболел.

«Я очень смущен тем, что во Вьетнаме мою болезнь приняли так близко к сердцу», — говорит Камерон. «Но особенно я благодарен тем упорным врачам, которые не хотели, чтобы я умер в их смену».

Шансы на выздоровление — 10%

Десятки вьетнамских врачей-реаниматологов регулярно проводили телефонные консилиумы, чтобы обсудить состояние Камерона.

«Небольшое число пациентов в реанимации означает, что тот, кто серьезно болен, получал консультацию лучших специалистов в стране», — говорит представитель ВОЗ во Вьетнаме доктор Кидонг Парк.

Большую часть из двух с половиной месяцев, что Камерон провел в искусственной коме, он зависел от аппарата Экмо. Его используют только в самых тяжёлых случаях, когда речь идет о выживании. Аппарат забирает кровь пациента, насыщает ее кислородом и закачивает обратно.

«Я счастливчик. Единственное, меня до сих пор ноги не держат, но я делаю физиотерапию дважды в день, — говорит Камерон, — в какой-то момент министерство иностранных дел сообщило моему другу Крейгу, что мои шансы выжить — 10%. Так что он готовился к худшему: отказался от моей квартиры и начал приготовления, положенные в случаях, когда кто-то возвращается домой в гробу».

С тех пор, как Камерон вышел из комы, у него было несколько эмоциональных телефонных разговоров с близкими, которые уже «не думали, что он когда-нибудь вернется домой».

Докторам пришлось иметь дело с многочисленными осложнениями, пока Камерон находился в коме. Загустение крови привело к образованию тромбов. Отказали почки и нужна была процедура диализа. Объем легких сократился до 10%.

«Когда пресса сообщила, что мне нужна пересадка легких, множество людей предложили свои легкие, и даже один 70-летний ветеран Вьетнамской войны. Но это вряд ли закончилось бы хорошо для него», — говорит Камерон.

Несмотря на такую поддержку и сотни тысяч долларов, потраченных на лечение Камерона, первая реакция на положительный результат теста на коронавирус была совершенно иной.

Вспышка в баре «Будда»

Камерон заболел всего через несколько недель после прибытия во Вьетнам в начале февраля. Как и многие другие пилоты, он отправился в Азию, чтобы своей профессией зарабатывать больше в бурно развивающейся региональной индустрии авиаперевозок. За два дня до первого рейса с Вьетнамскими авиалиниями и за день до того, как все бары и клубы в Хошимине были закрыты, он встречался с другом в баре для экспатов в элитном районе города.

В это время во Вьетнаме было менее 50 подтвержденных случаев, но, по словам профессора Гая Твейтса, главы отдела клинических исследований Оксфордского университета, базирующегося в Хошимине, и советника по инфекционным заболеваниям, в стране уже «сформировалось здоровое уважение и страх перед вирусом».

В выходные перед днем Святого Патрика «Будда бар и гриль» был заполнен посетителями в ирландских костюмах. Камерон пришел туда после десяти вечера. «Я не пью, поэтому проторчал в основном в углу, сыграл пару партий в бильярд и отправился домой после 3:15 ночи», — вспоминает Камерон.

На следующий день после полета у него поднялась температура, а у 12 других посетителей бара тест на коронавирус дал положительный результат. Местные жители не испытывали сочувствия к заболевшим. В прессе бар «Будда» назвали очагом заражения, это была крупнейшая вспышка коронавируса в Южном Вьетнаме: 20 человек, заразившихся напрямую и косвенно.

Кое-кто в соцсетях винил Камерона и то, что он отправился осматривать достопримечательности. Доказательств тому, что именно Камерон стал причиной вспышки заболевания, не было. Однако один из известных во Вьетнаме бизнесменов Луонг Ноай Нам назвал Пациента 91 «бомбой замедленного действия» и призвал к депортации иностранцев, нарушивших правила, чем заработал большую поддержку в соцсетях.

«Мне казалось, что есть желание связать вспышку именно со мной, потому что я приехал из-за границы, из Бангкока неделей раньше», — говорит Камерон. Сам он уверен, что заразился в баре, и не был источником заражения.

«Но я был первым, кто сказал, что болен. Избежать обвинений было невозможно».

Вылечить всех

18 марта Камерона приняли в местном госпитале с положительным тестом. Власти быстро закрыли бар и изолировали всех в многоквартирном доме, где он жил. В общей сложности со вспышкой, связанной с баром «Будда», было протестировано около 4000 человек.

«Состояние Пациента 91 ухудшалось очень быстро», — вспоминает профессор Луонг Нгок Хью, который работает в ковид-группе Министерства здравоохранения Вьетнама и консультировал во время лечения Камерона. «Ухудшалось состояние легких, печени, почек, кровоснабжение».

Состояние Камерона ухудшалось, и он вспоминает, что сам попросил подключить его к аппарату искусственной вентиляции легких. «Я был измотан, не мог заснуть и постоянно думал: «Просто подключите меня и разбирайтесь», — говорит он. В состоянии комы он провел несколько недель, и все это время врачи отчаянно искали способы вылечить его. А тем временем, другие пациенты, находившиеся в реанимации, поправились и были отпущены домой.

Случай Камерона тем временем получил широкую известность, ведущие политики обещали приложить все усилия, чтобы оплатить больничные счета.

«Мое выздоровление может принести Вьетнаму политические очки, тем более что статистика заболевших по стране феноменальна», — говорит Камерон.

Профессор Хью говорит, что все — вьетнамцы и иностранцы — имели доступ к качественной медицинской помощи. «Мы сосредоточились на том, чтобы лечить больных на самом высоком уровне — и с точки зрения квалификации медицинского персонала, и с точки зрения возможностей больниц, вне зависимости от того, вьетнамцы они или приехали из-за границы», — говорит он.

49 из 50 пациентов-иностранцев выздоровели и были выписаны.

«Несколько дней в тумане»

Когда Стивена Камерона подключили к аппарату искусственной вентиляции легких в начале апреля, в мире было немногим более миллиона заболевших. Когда он пришел в сознание 12 июня, заболевших было уже больше семи миллионов. Но Вьетнаму удалось избежать больших потерь: с 16 апреля не было зафиксировано ни одного случая заражения.

«Я никогда не мог бы подумать, что мне понадобится 10 недель, чтобы прийти в себя. Я помню, как меня привели в сознание, помню, как мне сделали трахеотомию, помню, как везли по больничным коридорам — а следующие несколько дней как в тумане».

Сейчас Камерон находится в частной палате госпиталя Чо Рей в другой части Хошимина, где он поправляется после отключения от искусственной вентиляции легких. Он пытается справиться с последствиями болезни, когда он провел несколько недель без движения.

Он похудел на 20 килограммов, его мышцы настолько ослабли, что теперь даже для того, чтобы согнуть ногу на несколько сантиметров, нужно приложить огромное усилие. С момента, когда он пришел в сознание, он страдает от депрессии и хронической усталости в дополнение к страху, что в любой момент может начаться посттравматический синдром.

«Я многое пережил. Все, что я хочу сейчас — вернуться домой. Больше всего мне не хватает тишины и прохлады. Здесь все время шумят скутеры, к тому же начался сезон дождей. Пятнадцать градусов тепла дома — то, что мне нужно».

«Мне нужно вернуться в Шотландию»

Последние несколько недель Камерона посещали не только врачи и медсестры, но и высокопоставленные дипломаты, правительственные чиновники и политики. Среди недавних визитеров — британский консул и председатель Народного собрания.

Он вспоминает слова мэра о том, что он скоро вернется в Англию. «Я сказал ему, что если вернусь в Англию, то меня там и бросят, мне нужно в Шотландию, а это еще 700 километров».

В его желании вернуться есть и практическая сторона: реабилитация осложняется тем, что в госпитале почти никто не говорит по-английски. А реабилитация после того, как пациент провел столько времени в реанимации — особенно трудный процесс, и может растянуться на несколько лет.

Больница, где сейчас находится Камерон, — одно из старейших медицинских учреждений в стране, она была основана еще в колониальные времена.

«У меня чувство, что я занимаю место, которое нужно кому-нибудь, кто действительно болен».

Сделать невозможное

Лечение Камерона — далеко не бесплатно. Использование аппарата Экмо в день стоит от $5000 до $10000, а Камерону он потребовался на восемь с половиной недель.

Постоянные споры, кто оплатит дорогое лечение, вызывают у него стресс и отвлекают от реабилитации. Лечение в госпитале тропических болезней покрыла рабочая страховка, однако, вопрос о том, кто оплатит лечение в последнем госпитале, остается открытым.

Для Камерона забронировано место на рейсе Вьетнамских авиалиний на 12 июля. Самолеты продолжают летать, возвращая граждан Вьетнама на родину из Европы. Но Камерон не понимает, зачем ждать так долго, когда уже неделю назад врачи посчитали его способным перенести полет.

«Я стал знаменитостью, и теперь моим делом занимаются власти».

Adblock
detector
20 queries in 0,879 seconds.