Главная » Новости » Ученые определяют причины смерти по человеческим зубам

Ученые определяют причины смерти по человеческим зубам

Ученые определяют причины смерти по человеческим зубам

Сегодня мы расскажем об 11 ключевых датах в истории криминалистики. Сегодня криминалистика – это совокупность дисциплин и научных методов: от отпечатка пальца до 3D-реконструкции места преступления. А с чего начинали криминалисты?

Содержание:

Владимир Скулачёв,

биохимик, академик РАН, директор НИИ ФХБ имени А. Н. Белозерского МГУ, декан факультета биоинженерии и биоинформатики МГУ, самый цитируемый биолог, работающий в России

«Не старость продлить, а молодость!»

Мы умираем, потому что биологическая эволюция так организовала жизнь. Бессмертие — это гибель для любого эволюционного процесса: все будут жить вечно такими, какими родились, и ничего нового, даже за миллиарды лет, не появится. На эту вещь обратил внимание Август Вейсман, великий немецкий биолог XIX века, он сделал сенсационное заявление: «Я рассматриваю смерть не как обязательную необходимость, а как результат адаптации».

Чем чаще меняются поколения, тем быстрее прогресс. Каждое новое поколение может привнести что-то новенькое. Поэтому в природе работает запрограммированное умирание.

Вот, например, у слона зубы стираются в течение жизни, но в отличие от нас появляются заново шесть раз. Стирание — это физическое старение. Но почему всё кончается на номере шесть? Возможно, белые слоны жили бы тысячу лет, если бы у них зубы менялись 30 раз.

Это применимо и, например, к китам. У них, да и вообще у всех млекопитающих, у которых есть в глазу хрусталик, есть и белки кристалли́ны. Они уникальны своей прозрачностью. Известно, что все аминокислоты в наших белках — это L-изомеры. А есть еще D-изомеры, им противоположные.

Что же происходит в кристаллике китов при очень большом сроке их жизни? Каждые десять лет 2 % L-изомеров становятся D-изомерами. Через двести лет уже 40 % становятся D-изомерами. Поэтому прозрачность исчезает. Может быть, киты выбрасываются на берег потому, что самый старый и мудрый ведет туда всё стадо. Но он уже плохо отличает сушу и воду, и стадо гибнет.

Самоубийство клеток

В свое время биологам дали Нобелевскую премию за разбор устройства онтогенеза червячка. У него всего около 1000 клеток, и ученые доказали, что из них около 60 уничтожаются апоптозом (апоптоз — это генетически запрограммированная гибель клеток), потому что по мере развития червячка они становятся ненужными или, может быть, даже вредными. Происходит это потому, что в митохондриях накапливаются ядовитые формы кислорода. Когда такого кислорода становится очень много, клетка совершает самоубийство.

Есть еще и некроз, это просто умирание клеток и тканей. И в некрозе тоже часто принимают участие активные формы кислорода.

А есть еще феноптоз (этот термин я ввел в науку). Это самоубийство организма. Многие биологи считают, что это невозможно, что не может быть в живой системе дарвиновской эволюции такого безобразия, чтобы организм убивал самого себя.

Но феноптоз есть. И он бывает хронический, когда организм просто постепенно стареет и изнашивается, и быстрый, который занимает часы, дни или недели. Обычно ядовитые формы кислорода потихоньку накапливаются, и тогда мы медленно и печально сходим в могилу. А бывает, они быстро взрываются, как у моего родственника: 34 года — упал на улице, приехала скорая помощь, а он уже мертв.

Внезапная смерть — одна из загадок. На животных в ряде случаев мы уже умеем с ней бороться. Думаю, мы сможем сделать это и на людях.

Так что есть целая группа явлений, которые либо убивают клетку, либо замедляют ее жизнедеятельность, либо просто убивают организм, достигая некой критической массы.

Почему человеку больше не нужно умирать

Как я уже сказал, старение — это специальная программа, которая была изобретена эволюцией. Но сейчас она нам, по сути, уже не нужна, поскольку мы уже не рассчитываем на слишком медленную для нас эволюцию. Она требует миллионов лет. Но примерно с XVIII–XIX веков в игру вступает другой, несравненно более быстрый фактор — технический прогресс, который до сих пор улучшает условия жизни, прежде всего медицину.

И теперь только это двигает человечество вперед, а не эволюция. Для человека эволюционные программы старения и сама смерть от старости — вредные атавизмы.

Поэтому величайшая задача XXI века — решить проблему ликвидации этих атавизмов, чтобы люди хотя бы отодвинули смерть за счет продления молодости. В принципе это вполне реальная задача.

Как ученые борются со старением

Идея в том, что программа старения сидит у нас в генах и в определенное время запускает необратимый процесс. Мышечная система, другие органы и ткани — всё это начинает стареть. Наша задача — найти, что это за программа, при помощи какой цепочки событий она приводит к результату, и прервать ее на любом из отрезков этой цепочки.

Как говорят компьютерщики, нужно хакнуть программу. Это гораздо дешевле и удобнее, чем каждый раз исследовать очередное повреждение, поломку, связанную с действием этой программы, чинить их одну за другой.

Моя задача на сегодня — объяснить, что можно жить 200 лет. Не хотите — не надо, принимайте законы в ООН, чтобы можно было жить не больше 150.

Сейчас мы изучаем действие «эликсира молодости», один из эффектов которого — прерывание программы апоптоза. Вообще, открытие апоптоза в 70-е годы прошлого века совершенно перевернуло наше представление о жизни и смерти.

Долго думали, что это бактерии нас убивают — и в какой-то мере это так, но убивают они не по своей воле. Просто у них происходит выброс определенных веществ в кровь, а когда их, этих веществ, там скапливается большое количество, включается сигнал на самоликвидацию организма. Но мы знаем, что она начинается внутри митохондрий появлением активных форм кислорода..

Наше вещество — это антиоксидант, который целенаправленно идет в митохондрии, туда, где образуются ядовитые формы кислорода, и нейтрализует их.

Думаю, главное, что будет сделано в науке в ближайшие полвека, — резкое увеличение продолжительности молодой жизни. Речь не о том, чтобы продлить старость, а чтобы продлить молодость.

Лаборатория Владимира Скулачева работает с митохондриальным антиоксидантом SkQ1, который относится к новому классу органических веществ, названных «ионами Скулачева» Это вещество было создано искусственно, оно несет положительный заряд. Ион Скулачева проникает в митохондрии, которые заряжены отрицательно, и там обезвреживает ядовитые формы кислорода.

Сейчас SkQ1 входит в состав глазных капель. Вскоре стало известно, что люди покупают капли и мажут лицо, рассчитывая на омолаживающий эффект. Это бессмысленно, так как концентрация SkQ1 в каплях очень маленькая. Тогда лаборатория создала линейку кремов для лица, где активного вещества было намного больше.

Выпускать SkQ1 как лекарство от старости пока еще нельзя. Если в случае с каплями и кремом можно проследить, приносит ли пользу вещество, то в случае с «эликсиром молодости» всё сложнее, поскольку результат будет через годы.

Поэтому мы не можем обещать, что наше поколение сможет воспользоваться «эликсиром молодости». Но я работаю не один, а с четырьмя сыновьями, и сейчас начал готовить внуков. Может быть, внуки и увидят завершение наших опытов.

Я как изобретатель препарата имею право на его применение на себе самом. Я уже шесть лет принимаю свое вещество. И 21 февраля мне будет 84 года. Но принимаю не в тех дозах, которые, как мы рассчитали, нужны человеку, а в дозах для кошек и собак. Ведь это абсолютно новое вещество, и я тоже не знаю наверняка, как оно будет работать. Оно для меня как Бяка-Закаляка из книжки Чуковского: я его сам из головы выдумал, а теперь боюсь.

Но животных оно может спасти от смерти в старости. В Австралии живет и работает один ветеринар, и он в своей клинике использует наше вещество. Говорит, у него описаны уже более 70 случаев спасения животных. Собака или кошка уже не двигается, ясно, что остались ей минуты, часы, и врач просто в рот или в вену животного вводит вещество. В итоге животное встает на лапы и живет себе дальше.

Моя мечта — чтобы в скорой помощи всегда был шприц с этой штукой. Но когда мы пришли в Минздрав с просьбой разрешить испытания, нас развернули, сказав: «У вас святая вода, у вас здесь нет органического вещества». В итоге денег нам на лабораторию не дали, дал Дерипаска, и мы купили очень чувствительный прибор для измерения концентраций SkQ1. Но сейчас наше оборудование уже на ладан дышит.

Есть вещи, которые нельзя сделать при помощи грантовой системы. Ну как я могу убедить перспективность своей идеи? Это может растянуться на десятки лет. Проект мы начали в 2003 году, а в 2014-м аптеки в России уже продавали наше первое лекарство от старческих болезней глаз — синдрома сухого глаза и катаракты, и мы четко понимаем, почему оно помогает. Чтобы продвинуться дальше, нужно время.

Но это понимают не все, кричат: «Скулачев обещал эликсир бессмертия [что, если быть честным, не верно!], а сделал капли для глаз». Такая вот у нас жизнь.

Юрий Конев,

доктор медицинских наук, кардиолог, геронтолог, гериатр, профессор кафедры геронтологии и гериатрии ФПДО МГМСУ

«Что нам даст молодое тело, если у нас деменция прогрессирует?»

Умирание — это естественный процесс. Любой биологический организм имеет стадии своего развития: детство, зрелость, умирание. Жизнь по природе своей конечна, несмотря на все высказывания некоторых исследователей (к примеру, имморталистов), которые считают, что она может быть вечной.

На протяжении уже нескольких тысяч лет человек стремится жить дольше. Но получается не очень. Есть живые организмы, которые живут сотни лет. Но они, как правило, относятся к растительному миру.

Во всем виноваты кишечные бактерии

У есть меня своя теория старения, которая развилась из теории Ильи Ильича Мечникова. Теория аутоинтоксикации. Как известно, у нас в просвете кишечника обитает огромное количество микроорганизмов, суммарный вес которых — более 2,5 кг. Их в несколько раз больше клеток организма-хозяина. Их наружные части называются эндотоксинами. У эндотоксинов есть образ-распознающие рецепторы, то есть они «видят», что происходит вокруг. И в какой-то момент эндотоксины запускают цитокиновый каскад, приводящий к повреждению различных систем организма хозяина.

Плюс взаимодействие эндотоксинов с лимфоцитами. Под действием избытка эндотоксинов они трансформируются в ореолярный микрофаг, а ореолярный микрофаг — главная клетка, которая повреждает легочную ткань.

Большинство наших пожилых людей погибают от гипостатической пневмонии, которая поначалу абактериальна, то есть протекает без участия бактерий. Поэтому чем старше человек становится, тем реже его нужно госпитализировать. Сама госпитализация может стать причиной смерти. Флора, которая находится в больнице, агрессивная. И организм пожилого человека не может с ней справиться.

Можно попытаться связать эндотоксин, уменьшить его воспроизводство. Но полностью от него избавляться нельзя, потому что он поддерживает тонус иммунной системы. И только его избыточное количество приводит к болезням.

Так вот Мечников говорил, что изменение микрофлоры приводит к смерти человека. Сто лет назад он изложил: микробная флора участвует в формировании болезней — раз, здоровый образ жизни продляет жизнь —два.

Мечников хотел удалить себе толстый кишечник, потому что именно в нем — бактерии. Понятно, что это не очень естественно. Но на том этапе ему казалось, что это продлит жизнь. Кстати, это последний наш нобелевский лауреат по медицине и биологии. 1908 год!

Можем ли мы победить смерть

В начале 2000-х годов, когда был расшифрован геном человека, появилась иллюзия, что вот-вот мы откроем ген старости, ген смерти и жизнь вечную. Мы тоже принимали в этом активное участие.

Мы тогда работали в клинике «Пожилого человека», по-старому ее называли «Больницей старых большевиков». Туда попадали пациенты только после 60 лет, даже 100-летние.

Их генетический код мы и пытались изучить, чтобы найти эти гены старения и смерти. К сожалению, не удалось. Ведь что такое геном? Один геном человека — это 27 тысяч генов. Представляете, какая структурная мозаика? Думали, что это возможно. Но общей закономерности найти не удалось, хотя исследования продолжаются.

Сегодня единой теории старения не существует, существуют лишь гипотезы старения, их более трехсот. А если нет единой гипотезы старения — каждый кулик хвалит свое болото. Примерно как в фильме «Джентльмены удачи», там главный герой предлагал своим сокамерникам сыграть в города и говорит: «Вот Москва, говори на „а“», а тот: «Джамбул», — «А почему Джамбул?» — «Да потому что там моя мама, там тепло». Вот так и геронтологи, когда начинают обсуждать теории старения,— каждый цепляется за свою теорию.

Особенность геронтологии в том, что на человеке материал получить очень сложно. Ведь это надо несколько поколений просмотреть и проанализировать. А не терпится здесь и сейчас получить результаты.

В МФТИ есть лаборатория, где пытаются сгруппировать всю информацию по старости. Они сказали, что через 5–7 лет будет создан препарат, через 10 мы начнем влиять на старость, а через 15 мы ее победим. Но вот прошло уже 5 лет, а воз и ныне там.

Примерно каждые лет 20–30 начинается резкое увеличение интереса к этой теме, и, когда исследователи упираются в эту стену, интерес начинает спадать. Потом нарождается новое поколение — и опять всплеск. На моем веку это уже третий этап. Поэтому я отношусь к этому спокойно. Да, какой-то вклад каждого всплеска есть, но человек — это целая вселенная. Представляете, сколько метаболических процессов у нас происходит одномоментно? Точное число вам никто даже не назовет. А как они взаимодействуют? Ну, два-три процесса мы еще можем проанализировать, а когда их сотни тысяч…

Желание человечества пожить подольше используется нечистоплотными дельцами от медицины. Энтузиасты всегда есть, но их не много — тех, которые работают не за деньги, а за идею.

Есть, например, такая геронтологическая секция Московского общества естествоиспытателей природы при МГУ, которому 215 лет. Вот там часто обсуждаются интересные проблемы, те, которые действительно имеют какую-то теоретическую значимость. А в основном на ниве геронтологии паразитируют нечистоплотные люди, желающие обогатиться. Поэтому и косметология так хорошо развивается. Но Фаина Раневская в свое время говорила по этому поводу: «Фасад ты починишь, а канализация-то худая».

Над чем работают геронтологи

Есть несколько направлений, и все они, как говорится, имеют право на существование, потому что каждый вносит свой кирпичик.

Как появляются и развиваются эти направления? Стареющий олигарх, не желая покидать бренную землю, начинает лихорадочно вкладывать деньги в какие-то геронтологические исследования, руководители которых обещают ему продление жизни.

Самой известной была компания «Герон». Ее спонсировал мультимиллиардер, нефтяной магнат. В итоге компания открыла теломеразы. Что это такое?

Конечная часть генома называется теломерами. Постепенно теломеры укорачиваются; укоротившись до определенного уровня, они запускают процесс одряхления и летального исхода. Регулируют эти процессы теломераза — особый фермент.

И компания «Герон» предполагала создать ингибитор теломеразы, чтобы длина теломер не укорачивалась так быстро.

Олигарх вкладывал в это сумасшедшие деньги, спал в кислородной палатке, ел только специфическую пищу, но всё равно умер. А как только олигарх умирает, финансирование проекта заканчивается.

Активность по изучению теломер уже пройдена во всем мире. Наши ученые продолжают изучать эту проблему, потому что Алексей Оловников, считающийся основателем этой теории, живет в России, ему недавно исполнилось 80 лет (двое из трех лауреатов Нобелевской премии за открытие теломер держат в своих кабинетах портрет А. Оловникова, а его самого даже не включили в наградной список). В настоящее время считается, что эта теория более-менее работает на экспериментальных животных, но не на человеке.

Есть другая теория — митохондриальная. В МГУ есть институт экспериментальной геронтологии, который основала семья Скулачевых. Отец, академик Владимир Скулачев, как раз и создал митохондриальную теорию старения. Согласно его теории, смерть можно лечить, как болезнь, потому что смерть — это программа, которую запускает организм. А если это программа, то ее можно взломать. Но Скулачев хотя бы не обещает быстрого эффекта, он говорит, что лишь лет через 20–30 мы сможем воздействовать на человека.

Другие ученые занимаются коррекцией клеток. Здесь тоже есть несколько направлений. Представители одного из них борются со сцентными клетками, то есть поврежденными. По их мнению, если убрать их из организма, то он сам начнет справляться. Представители другого направления считают, что надо вводить здоровые, корригированные стволовые клетки извне.

А у стволовых клеток есть особенность: что чем больше они проходят репликаций, то есть изменений, тем больше в них нарастают генетические мутации. А генетические мутации — это возраст-ассоциируемые и другие заболевания, в том числе онкологического профиля.

Что такое коррекция генетическая клеток? Чтобы изменить клетки, используют CRISPR — генетические ножницы. Это по сути вирус. У человека количество вирусов, которые встроились в геном, гигантское: за миллионы лет существования человека значительная часть генома состоит из таких вирусов. Вывод: вмешаться в этот процесс на данном уровне пока невозможно.

Одна дама по имени Пейрис провела у себя генетическую коррекцию с помощью CRISPR и уже три года живет себе. Но посмотрим, что с ней будет, когда она проживет лет тридцать — и проживет ли она столько. В Китае появились первые близнецы со скорректированным геномом. Здесь тоже остается только следить за судьбой близнецов.

Параллельно с этим есть крутые сорвиголовы, которые пришли в геронтологию и считают, что сейчас они перелопатят весь интернет и создадут средство, которое будет влиять на процессы старения. Они думают, что ученые погрязли в своих теориях, поэтому нужен свежий взгляд со стороны. Я это всё отношу к такому течению, как биохакинг.

Биохакеры, как правило, не имеют системного образования. Правда, они все исследования проводят на себе. С одной стороны, это интересно, с другой, я бы просил биохакеров только об одном: чтобы их тела не выбрасывали. То, что они умрут раньше, это уже понятно — некоторые биохакеры употребляют до 160 таблеток в день.

Образ жизни по-прежнему сильнее медицины

Абсолютно здоровых людей в старости нет, есть недообследованные — так гласит медицинская мудрость. И те люди, которые ведут здоровый образ жизни, они лишь относительно здоровы.

Объяснение очень простое: ни одно перенесенное заболевание человеком не остается без ущерба для организма. Даже простуда! Долго и часто болеющие дети (ДЧБ) — это же целая проблема. А с возрастом снижаются адаптационные возможности, и хронические болезни появляются вроде как ниоткуда, но если разобраться… Те, кто в детстве часто болели кокковой инфекцией, нередко могут стать почечными больными. А кто в детстве не болеет кокковыми инфекциями? Вот тут и собака зарыта.

Поэтому борьба с хроническими болезнями — это и есть продление жизни.

Но что будет с нашим мозгом? Мы не знаем, как он работает — и уж тем более, как он стареет. Вспоминаю юмор в коротких штанишках:

— Что лучше, Альцгеймер или Паркинсон?

— С точки зрения алкоголика, лучше расплескать полбутылки, чем забыть, где она запрятана.

Что нам даст молодое тело, если у нас есть Паркинсон, Альцгеймер и сосудистая деменция прогрессирует?

Если округлить, то на продолжительности жизни влияют: генетика — 10 %, 10 % — медицина, 20 % — климат, где-то 60 % — образ жизни.

Основное — тот самый пресловутый здоровый образ жизни, который оскомину всем набил: физические нагрузки, рациональное питание, отсутствие стрессов, здоровый секс, режим дня — всё это и влияет на продление средней ожидаемой продолжительности жизни.

И еще немного влияет климатическая зона. Мы живем с вами в климатической зоне, неблагоприятной для жизни человека: перепады температур, переход с одного режима питания на другой, загрязненность воды и воздуха. Жить желательно у теплого моря, круглогодично! Это средиземноморский климат: Кипр, Крит.

Но большинство долгожителей всё же сосредоточены в умеренном среднегорье. С возрастом наступает депрессия кроветворения, костный мозг тоже начинает стареть. Так вот умеренная гипоксия — примерно 1500 метров над уровнем моря — является стимулирующим фактором. Да и кровососущие насекомые, передатчики многих болезней, в горах не летают, крылышки в разреженном возрасте не бяк-бяк-бяк-бяк. Смог оседает, вода чистая. То есть все факторы долголетия сосредоточены в умеренном среднегорье.

Красное мясо — не больше раз в недели. Птица, рыба, субпроукты, печень, овощи и фрукты круглый год, и ещё желательно бокал красного вина (100–120 мл, не более) раз в сутки. Причем предпочтительнее сорт каберне совиньон (к примеру, Крым, северный склон реки Кача).

1. Дата: 275 год до н.э. Заметный след в истории криминалистики: Архимед и корона тирана

Ксилография (предположительно 16 в.), на которой изображен Архимед Сиракузский.

Древние греки и римляне первыми начали заниматься криминалистикой. Впрочем, это вряд ли кого-то удивит. Да и сам термин forensic произошел от латинского for forum, что можно интерпретировать как «перед форумом, на открытом заседании».

Историки считают, что первым представителем Античности, который воспользовался научным методом для раскрытия преступления был никто иной, как древнегреческий ученый, инженер и государственный деятель Архимед Сиракузский.

Славу великого ученого Архимеду принесло блестящее решение задачи о царской короне. Тиран Гиерон II дал обет богам: в одном из храмов поместить золотой венец. Мастер получил 8 килограммов золота. В назначенный час венец был готов. Однако вместо ожидаемой славы мастера ждал судебный процесс. На него донесли: мол, половину отвешенного ему золота он оставил себе, заменив его на серебро. Гиерон был в гневе. Он обратился к Архимеду помочь ему решить вопрос. Архимед справился с задачей…именно её решение он обдумывал в ванной, а найдя его, вскочил с криком «Эврика».

Ученый принял во внимание, что мастеру выдали 8 кг золота и 2 кг серебра. Он взвесил корону в воде и обнаружил, что она потеряла в весе. Зная массу короны (в воздухе и в воде), её объем, а также то, сколько в весе теряют золото и серебро при погружении в воду, Архимед узнал, сколько золота мастер оставил себе. Наверняка, каждый проходил эту задачу в школе, но мы напомним – мастер украл 3 килограмма золота.

2. Дата: 1302 год. След в истории криминалистики: первая аутопсия

Рисунок 15 века, на котором изображена аутопсия тела.

Первое вскрытие в интересах суда, для определения причины смерти, выполнили в 1302 года в итальянской Болонье. После этого аутопсию стали применять не только в Италии, но и по всей Европе.

Аутопсию произвёл врач Бартоломео да Вариньяна. В то время Вариньяна находился под впечатлением от книги известного китайского медика Сун Цы «Снятие несправедливых обвинений и ошибок», опубликованной в 1247 году. Сун Цы собрал в книге свои отчеты, которые он готовил как медэксперт при расследовании уголовных дел. Собственно, эта книга дала официальный старт развитию судебно-медицинской экспертизы в Древнем Китае.

Итальянский коллега Сун Цы решил применить выкладки коллеги на практике. Он произвёл вскрытие тел погибших при подозрительных обстоятельствах людей, чтобы установить причину их смерти. Увы, наблюдения были ограничены возможностями человеческого глаза и имеющимися в наличии инструментами.

Из наблюдений Бартоломео да Вариньяна:

У Томазино не было ни кровохарканья, ни кровотечения … [Он] умер от дизентерии … точно так же, как и многие другие недавно погибшие.

3. Дата: 1590 год. След в истории криминалистики: микроскоп

Фотография одного из первых микроскопов.

Изобретение микроскопа предопределило появление новых областей криминалистики. Например, эксперты смогли работать с мельчайшими, невидимыми глазу, веществами.

С тех пор криминалисты могли изучать незначительные порезы, останки крови на разных поверхностях, волосы и частички материалов, к примеру волокна ткани. Тогда же впервые криминалисты сумели идентифицировать человека по его зубам.

Большой вклад внесли и военные хирурги, описывающие раны и причины смерти. Однако эксперты могли устновить причину смерти не во всех случаях.

4. Дата: 1832 год. След в истории криминалистики: обнаружение ядов

В 1832 году впервые знания из области химии пригодились криминалистам для установления причин смерти. Так, эксперты, изучив содержимое желудка погибшего, пришли к выводу, что его отравили мышьяком.

Мышьяк был идеальным ядом

До этого года мышьяк был идеальным ядом. Отравители могли действовать безнаказанно, так как эксперты не могли обнаружить его при вскрытии тела. Неслучайно, мышьяк в XVIII веке получил прозвище «порошок наследников».

Всё изменил химик Джеймс Марш, который в 1832 году разработал и провёл первый тест на мышьяк.

Узнать больше о мышьяке

Мышьяк: короткая история любимого орудия убийства Агаты Кристи

О том, как волонтёрская работа вдохновила Агату Кристи и помогла разобраться в ядах

5. Дата: 1835 год. След в истории криминалистики: сопоставление особенностей пули с особенностями оружия

Гравюра 19 в., на которое изображены пули различного вида.

К середине XIX века значительно возросло количество преступлений с использованием огнестрельного оружия. Исследование царапин на пулях помогло идентифицировать оружие и выследить их владельцев.

В 1835 году криминалисты Скотланд-Ярда обнаружили на пуле изъян – крошечные царапины. По этим царапинам они отследили оружие, ствол которого имел особенности конструкции. Увы, использовать этот аргумент в суде эксперты смогли только через 100 лет – в 1926 году.

Криминалистам требовался новый, современный, вид доказательств. Таким доказательством стала фотография.

6. Дата: 1888 год. След в истории криминалистики: фотографии с места преступления

Альфонс Бертильон, запечатленный в соответствии с разработанным им же стандартом.

На заре фотографии процедура съемки отнимала много времени. Однако криминалисты стали использовать фотографию для фиксации места преступления и внешности подозреваемых сразу же.

Фотографии подозреваемых стали печатать в газетах, так о работе экспертов и полиции стали узнавать больше.

В 1888 году юрист и писарь Первого бюро полицейской префектуры Парижа Альфонс Бертильон разработал систему описания внешности и стандартизации фотографирования преступника: освещения, масштаба и угла обзора, в анфас и в профиль. Техника приобрела его имя. К сожалению, такой метод все еще был далек от идеала для однозначной идентификации человека.

5 новшеств, предопределивших правоохранительную систему Великобритании

В одном чёрном-чёрном музее Скотланд-Ярда

7. Дата: 1892 год. След в истории криминалистики: отпечатки пальцев

В 1892 году в Аргентине создали первую базу отпечатков пальцев.

Об уникальности отпечатков заговорили давно. Однако цифрами гипотезу подтвердили только в 1892 году, когда Фрэнсис Гальтон вычислил: вероятность наличия идентичных отпечатков у разных людей — 1 к 64 миллиардам.

Вероятность наличия идентичных отпечатков у людей — 1 к 64 млрд

Вскоре британцы стали сверять личность отставных солдат в Индии с оттисками расположения папиллярных линий на подушечках их пальцев при выплате пенсий (больше об Уильяме Гершеле и его идее снимать отпечатки пальцев).

Снятие отпечатков пальцев стало стандартной практикой. Однако этот метод развивается и сегодня (читайте об этом в материале: Криминалистика будущего. Какая она?).

8. Дата: 1901 год. След в истории криминалистики: типология по группам крови

Пробирки с анализом крови.

Группы крови человека по системе ABO появились в 1901 году. Это открытие изменило всю последующую историю криминалистики, впрочем, как и медицины.

Карл Ландштейнер обнаружил, что кровь можно разделить на группы по присутствию в ней антигенов А и В. До этого считалось, что кровь у людей абсолютно одинаковая.

Выводы Ландштейнера стали всецело использовать криминалисты на месте преступления. Теперь они могли выяснить, принадлежат ли следы крови жертве или подозреваемому.

Кстати, Артур Конан Дойл, «отец» знаменитого викторианского сыщика Шерлока Холмса, описал анализ крови в повести «Этюд в багровых тонах» до его открытия:

– Я нашел реактив, который осаждается гемоглобином, и ничем другим.

– Да, как эксперимент это интересно, но какое практическое применение?

– Господи! Именно практическое. Вы просто не понимаете, какие возможности это открывает перед судебной медициной. Всего одна капелька крови… Видите, вода кажется совершенно прозрачной. Соотношение крови ничтожно — всего один к миллиону. А теперь представьте, что на одежде подозреваемого находят маленькое бурое пятнышко. Что это — кровь? Ржавчина? Фруктовый сок? Краска? Ни один эксперт не берется определить. А с помощью моего реактива это можно сделать за одну минуту.

9. Дата: 1910 год. След в истории криминалистики: появление криминалистических лабораторий

Первая криминалистическая лаборатория появилась…на чердаке лионского отделения полиции. Возможно, на этом чердаке сформулировал важнейший принцип криминалистики (Locard’s exchange principle, или «принцип обмена») Эдмонд Локар:

Любой преступник должен оставить какой-то след на месте преступления, и преступление отражается на самом преступнике.

Полицейский Эдмонд Локар призывал коллег читать рассказы о Шерлоке Холмсе

Следуя собственному принципу, Локар очень серьезно относился к месту преступления. Он использовал мощную для того времени технику для экспертизы обнаруженных волос, волокон, частиц пыли. Все исследования проходили на чердаке, ставшем настоящей лабораторией. Со временем лаборатория превратилась в криминалистический центр, куда эксперты со всей Европы приезжали учиться.

Кстати, Локар не скрывал своих литературных пристрастий. В своих трудах он призывал криминалистов читать рассказы о Шерлоке Холмсе.

10. Дата: 1984 год. След в истории криминалистики: ДНК-экспертиза

Цепочка ДНК.

Генетическая экспертиза – ключевая веха становления современной криминалистики. Международное общество судебной генетики ISFG (International Society for Forensic Genetics) появилось еще в 1968 году. Тем не менее практическое умение распознать генетический «отпечаток» пришло в судебную практику не сразу.

Первая идентификация преступника с помощью ДНК-дактилоскопии произошла в 1984 году в Великобритании, а разработчиком методики стал Алек Джеффрис.

С тех пор ДНК-анализ перестаёт быть специфической темой для профессионалов и всё чаще появляется на первых полосах газет в свете расследования громких дел. Например, дела Кирка Бладсворта, которого ошибочно обвинили в убийстве и изнасиловании. Его освободили только в 1993 году, когда адвокатам удалось добиться проведения генетической экспертизы.

Важнейшие национальные базы хранения генетической информации начали появляться в 1990-х годах. В 1994-м была создана и в 1995-м заработала британская база генетических данных NDNAD (National DNA Database) — отчеты и статистика задержаний доступны всем желающим.

В США программа ФБР, связанная с базой генетической информации, называется CODIS (Combined DNA Index System). В нее входит база хранения ДНК NDIS (National DNA Index System), которая начала работу в 1998 году. Сегодня база содержит более 13,5 миллионов образцов.

В России также принята система CODIS.

11. Дата: 2000-е годы. След в истории криминалистики: 3D компьютерное моделирование

Сегодня компьютерная графика используется для создания убедительных и наглядных доказательств преступления или его отсутствия. Чаще всего её используют в судебных залах для информирования присяжных. 3D-моделирование преступлений, ДТП, траектории полёта пули криминалисты применяют для раскрытия преступлений. Однако у этого направления криминалистики есть и критики. Некоторые эксперты уверены, что модель преступления – это не реальное преступление, поэтому «картинка» может ввести в заблуждение судей и присяжных.

Статья переведена редакцией Института экспертиз.

Источник (на английском языке): https://www.bbc.com/timelines/zcq2xnb